Учебное пособие Под редакцией Г. Б. Корнетова асоу 2010 удк 37(091) ббк 74. 01 - страница 4

^ Б.М. Бим-Бад (Москва) РАЗВИТИЕ ГОСУДАРСТВЕННОЙ СИСТЕМЫ
НАРОДНОГО ОБРАЗОВАНИЯ В ГЕРМАНИИ
(до 1933 года)
Чтобы понять особенности современной государственной школы в нашей стране, полезно бросить взгляд на становление систем государственных школ в странах, за которыми Россия шла, которым подражала и широко воспроизводила их опыт. Это, прежде всего, Германия.

Не позднее чем с XVIII столетия, в области просвещения, образования масс, за исключением сравнительно небольшого периода созидания самостоятельной, оригинальной модели школы, с 1918 г. по начало 30-х гг., Россия проходила по немецкому фарватеру.

^ До создания Германской империи. В Пруссии раньше, чем где-либо, победил принцип обязательности школы, возможно, под влиянием Реформации, особенно в ее лютеровском варианте, – идей о личной ответственности каждого человека перед Богом, обществом и собой.

Вмешательство государства в школьное дело было почти синхронно усилению государства в Пруссии. Указом 1717 г. Фридриха I все дети обязаны были посещать школы, если они были доступны им. Эдиктом 1736 г. устанавливались школы в некоторых провинциях (землях), а в 1763 г. Фридрихом II Великим принцип обязательности начального образования был подтверждён. Кодификация прусского законодательства 1794 г. закрепила за государством школьное дело.

Наряду со школами старого типа – начальными, латинскими (грамматическими), средними, университетами – появились и распространились так называемые современные школы, в которых центром обучения были точные науки и современные языки. Современные школы отражали потребности нового технологического и коммерческого века. В большом числе появились также профессиональные школы.

По мере роста влияния государства на школьные системы уменьшалось влияние церкви. Всеобщее образование становилось заботой государства. Государство при этом ни в чем и никак не изменило традиционный учебный план и методы обучения до начала XIX в. Фихте обосновал идею ("Речи к немецкой нации") национального государства, покоящегося на культивации и усилении контроля государства над образованием молодёжи. Эта идея легла в основу деятельности Министерства внутренних дел во главе с Вильгельмом фон Гумбольдтом.

Государство вырвало образование масс из рук церквей не для того, чтобы упразднить религиозное воспитание, а чтобы сделать его дозированным, притом подконтрольным себе. Слишком глубокое погружение в теологию способно развивать духовные, умственные силы человека, делая его тем самым критичным.

Полуцерковные школы стали закрывать и заменять их государственными школами, руководимыми Министерством внутренних дел.

Подтвердив законом о школе 1872 г. абсолютное и единоличное верховенство государства над церковью в контроле над образовательной системой, прусская власть бережно сохранила религиозное обучение в государственных школах и тщательно следила за назначением учителей в строгом соответствии с их конфессиональной принадлежностью – только католиков и протестантов.

Среднее образование приняло форму компромисса между узким филологическим педантством старых латинских школ и широкими требованиями нового гуманизма. В 1810 г. В. Гумбольдт ввёл экзамены и сертификацию учителей, что исключило прежде распространённую практику преподавания в школах неквалифицированных студентов теологических факультетов университетов. Эта мера подняла престиж учительской профессии и сделала прусскую школу самой послушной государству в Европе. В 1812 г. был реанимирован аттестат зрелости.

С 1834 г. государство, сделав выпускной экзамен в классических гимназиях необходимым условием для поступления в университет, для занятия в будущем свободных профессий – адвокатов, журналистов, архитекторов, нотариусов, переводчиков, равно как и для доступа к должностям в системе гражданской службы, получило контроль над уровнем и характером подготовки прежде не подконтрольных государству гуманитарных профессий.

^ Второй рейх (1871–1918). Объединение Германии в империю в 1871 г. придаёт новый стимул укоренению национальной идеи в довузовском образовании. Национальное движение получило мощный импульс благодаря установке императора Вильгельма II, который на школьном съезде 1890 г. заявил: "Это наш долг воспитать молодых людей так, чтобы они стали молодыми немцами, а не молодыми греками или римлянами".

После образования германской империи школьное дело стало заботой отдельных "составных частей империи", образцом для которых выступала Пруссия.

В Пруссии же образовательная система была целиком и полностью подчинена государству. Это обстоятельство соответствовало задаче такого воспитания человека массы, которое давало "на выходе" тип конформиста, лояльного гражданина, патриота-националиста, главное же – умелого, прилежного, исполнительного работника. Школа готовила основную массу населения к четко означенному положению в обществе (Stand). Гражданство рассматривалась как добродетель подчинения. Система социальных институтов государства, важнейшей единицей в которой было народное образование, держала пульс на руке каждого члена общества от колыбели до могилы. Правовая регуляция распространялась на труд, семью, досуг, здоровье, несчастья, старость, знания, культуру и развлечения (досуг). Независимость и самостоятельность искоренялись у всех немцев, кроме юнкерства. Церковь, главой которой был император, служила инструментом управления страной. Важнейшие должности в церковной иерархии занимали назначаемые императором лица. Государством также назначались университетские профессора, мощное влияние которых на формирование политики правящих кругов и так называемое общественное мнение не имело параллелей ни в одной стране мира.

С 1817 по 1919 г. в Пруссии, а затем во всех землях Германской империи школьной системой руководило Министерство духовенства, образования и здравоохранительных учреждений (Ministerium der Geistlichen, Unterrichts, und Medizinalangelegenheiten). Накануне Первой мировой войны во главе министерства стоял член кабинета, назначаемый короной и ответственный перед ней. Приказы, циркуляры, предписания и решения министра имели силу закона. Министр утверждал учительский и административный корпус, стоял во главе школьной инспекции, предписывал учебные планы, одобрял учебники, темы и тексты экзаменационных работ.

Одновременно в ведении министра находились все церковные учреждения, в их числе и конфессиональные образовательные заведения.

В каждом из королевств, герцогств, княжеств и тому подобных "составных частей" империи имелась своя школьная администрация, ведавшая начальным и средним образованием (государственным, конфессиональным и частным). Она подчинялась министерству. Самоуправление практиковалось только в трех вольных ганзейских городах (Гамбург, Бремен, Любек) и некоторых уездах (Landkreise). Впрочем, оно было весьма ограничено обязательной государственной инспекцией.

По Закону о содержании школ (Schulunterhaltungsgesetz) 1906 г. финансовое бремя несли государство, муниципалитеты, уезды и помещики. Государство в основном субсидировало оплату учителей и их пенсионное обслуживание. В 1911 г. государство выделило 26% средств, потраченных на все начальные, промежуточные и средние школы страны. Из общей суммы 878 млн марок 76% ушло на содержание начальных школ, 3% на промежуточные и 21% на средние учебные заведения. Если учесть, что на каждого ученика начальной школы в год уходило 65 марок, промежуточной – 112 марок, а средней – 288 марок, становится ясным, что число школ и учащихся второй ступени (около 600 тыс.), почти в 20 раз уступало числу учащихся начальной школы (более 10 млн).

^ Начальная школа. Подлинно массовый характер начальной школы в Германской империи очевиден. Подавляющее большинство будущих граждан Германии получали здесь навыки дисциплинарного подчинения, в них взращивалось чувство долга перед государством. Работа в связке с конфессиями, начальная школа, учительский персонал которой тщательно отбирался и деятельность которой непрерывно контролировалась, ковала характер будущих солдат, чиновников, рабочих и матерей.

Большинство начальных школ того времени были школы однокомплектными (около 50 учащихся с одним учителем). В 1911 г. Пруссия имела около 24 тыс. однокомплектных и 10 тыс. школ с несколькими классами. Хотя по закону о школьной повинности обязательное образование должно было охватывать 8 лет обучения, только в 677 школах из 34 тыс. имелись все восемь классов. 809 школ были семиклассными, в остальных классов было меньше семи. Это значит, что большинство детей было вынуждено два года и более повторять материал одного и того же класса. Примерно 2/3 обучающихся учились совместно.

За исполнение закона о школьной повинности отвечала полиция. Перед революцией 1918 г. менее чем один ребенок на 10 тыс. детей не отбывал школьной повинности.

Продолжительность учебного года была 42 недели, учебной недели – 6 дней, учебный день длился от 4 до 5 часов занятий в школе.

В 1913 г. неграмотных в Германии на тысячу мужчин было менее двух, на тысячу женщин – менее четырёх.

Цель начальной школы формулировалась как "обучение богобоязненному, патриотическому и практически полезному знанию" (см.: Tews J. Ein Jahrhundert Preussischen Schulgeschichte. Leipzig, 1914). Другими словами, задача состояла в том, чтобы воспитать в учащихся благоговение перед дольней и горней властью и дать им минимально необходимую для поддержания экономики страны сумму знаний.

Отсюда – и учебный план школы для народа: религия, немецкий язык и литература, история, арифметика. Более 63% учебного времени, а в первом классе – более 90% отводилось обучению религии, родному языку и арифметике. Как учебный предмет родной язык включал в себя чтение, письмо, чистописание, грамматику, сочинение и немецкую литературу. История, география и природоведение входили в комплексный курс "Реальные знания" (Realien).

Выпускник начальной школы обязан был проявить хорошие знания Библии, навыки счёта, письма, чтения. Он должен был иметь общие представления о географии, истории и гигиене. Девочек в большинстве школ учили рукоделию.

Однако главным предметом, изучавшемся на каждом уроке, был отсутствующий в учебном плане и тем не менее присутствующий в каждом из его компонентов предмет – подчинение. Школьники повторяли вслед за учителей всё, что он говорил, подражая даже его интонациям. Только в преподавании арифметики сохранялся предметный метод Песталоцци.

Подросток выходил из начальной школы, не имея навыков самостоятельной работы с книгой, не умея задавать вопросы, без собственных суждений, отличных от внедренных в его сознание идей.

^ Промежуточная школа (Mittelschule) соответствовала французским и английским учебным заведениям, известным как "высшие начальные школы". Промежуточная школа давала те же знания, что и начальная, но несколько большие по объёму. Единственным отличием ее учебного плана от начальной школы было обучение одному иностранному языку.

Основанные еще в 1872 г. промежуточные школы подверглись реорганизации в 1910 г. С этого времени в промежуточной школе учились 9 лет. Первые 3 года можно было окончить в начальной школе, а в промежуточной школе – в этом случае – учиться с 9 по 15 лет.

Обучение было платным, учились выходцы из мелкобуржуазных семей.

До конца Первой мировой войны промежуточная школа не была массовой. Среди родителей и учителей она не пользовалась популярностью. К жизни гораздо лучше готовили детей коммерческие училища, средние профессиональные учебные заведения, ряд образовательных институций для взрослых.

До 1918 г. промежуточная школа воспроизводила тот социальный слой, которому была недоступна чрезвычайно дорогая (в два раза дороже промежуточной) средняя школа, но который мог позволить своим детям лишний год школьной жизни и более основательную подготовку, чем получаемая в начальной школе.

К разряду промежуточных относили также подготовительные отделения средних учебных заведений – Oberschulen (лицеев), Lаteinschulen (гимназий). Всего в 1913 г. в Пруссии было 632 промежуточных школы всех типов с числом обучающихся в 180729 человек. Значение их было весьма ограниченным.

^ Средняя школа. Гимназия, реальная гимназия, высшая реальная школа (Gymnasium, Realgymnasium, Oberrealschule) – всё это разновидности средних учебных заведений. Каждая из них предлагала 9-летний курс обучения.

Рангом ниже считались 6-летние учреждения – прогимназия, реальная прогимназия и реальная школа (Progymnasium, Realprogymnasium, Realschule).

Хотя 9-летние дети, поступающие в средние учебные заведения, получали начальное образование в народных Vorschulen (первый концентр начальной школы), во многих средних школах имелись подготовительные отделения, принимавшие детей с 6 лет. Остальные готовились к средней школе частным путем.

В 1914 г. в 346 гимназиях Германии учились 101745 человек, в 187 реальных гимназиях – 55094, в 111 высших реальных школах – 44591. Прогимназий было всего 25 (2961 учащийся), реальных прогимназий – 45 (4733), реальных школ – 180 (31226).

Гимназия оставалась наиболее распространенной средней школой, заодно и наиболее престижной.

Между начальной и средней школами почти не было преемственности. Только один из 10 тыс. учащихся начальной школы переходил в среднюю.

Разница в учебных планах, ранняя специализация, высокая плата за обучение делали школу второй ступени практически изолированной от первой, превращала ее в привилегированный тип образовательных учреждений.

Стоимость обучения колебалась от 110 до 150 марок в год; стипендиями, по официальным данным, было охвачено менее 10% гимназистов.

Базой средней школы служило языковое, особенно – классическое – образование. В гимназиях 124 часа из 304 посвящались латинскому, греческому или французскому языкам. Реальная гимназия предлагала латынь, французский и английский языки (в целом – 96 часов из 307), а в реальной школе тем же языкам, кроме латинского, отводилось из общего числа 307 часов – 72.

К карьерам в области права, медицины, теологии, педагогики готовили гимназия и реальная гимназия, а в области естественных наук, коммерции, предпринимательства и техники – высшие реальные школы.

Все типы школ второй ступени давали серьезную привилегию в отношении воинской обязанности: получившие аттестат зрелости служили один год, а не два, как все остальные лица мужского пола. Они могли выбирать полк, место службы, освобождались от обязательного проживания в казармах (Einjährig-freiwilliger Dienst).

Наличие этой привилегии нередко требовалось для поступления на государственную службу, в банки и торговые дома.

Экзамены на аттестат зрелости выдерживали подавляющее число выпускников. В 1913 и 1914 гг. аттестат получили 95,4% экзаменовавшихся гимназистов, а в высшей реальной школе – 96,5%.

Что касается профессиональных школ в Германии, то они были связаны с промышленным производством, сферой услуг и торговлей. Это были так называемые промышленные школы (Gewerbeschulen, Fachschulen), коммерческие училища (Öffentliche Handelslehranstalten) и т.п., которые придавали системе образования в Германии яркий своеобразный колорит.

Мы обнаруживаем много разнообразных профессиональных "профилей", но во всех были предусмотрены часы на религию вне зависимости от того, кого они готовили – краснодеревщиков или портных.

^ Веймарская республика (1919–1933). В отличие от Англии и США, дошкольное обучение в Веймарской республике не стало составной частью начальной школы, которая со времени ноябрьской революции 1918 г. была разделена на две части – основную, четырехлетнюю (Grundschule), и "верхнюю часть", также четырехлетнюю.

"Основная школа" – первый концентр "народной школы" (Volksschule) – была обязательной для всех детей страны, кроме поступивших в частные учебные заведения или (в исключительных случаях) обучавшихся дома.

Довоенные частные школы почти все сохранились. Число их даже несколько увеличилось за счет новых экспериментальных учебных заведений. Правда, статья 147 Веймарской конституции запрещала частные начальные школы, но их не закрывали под тем предлогом, что не было денег для компенсации убытков их владельцам (см.: Kühn W. Schulrecht in Preussen. Leipzig, 1932). Упразднена была только подготовительная к средней школе Vorschule.

Подавляющее большинство мальчиков и девочек начинали свой курс наук в "основной школе", наиболее способным разрешалось окончить ее за три года, на один год раньше обычного. Вслед за "основной" для большей части детей шел верхний концентр начального образования, как правило, преемственно связанный с Grundschule и представлявший собой в целом начальную "народную школу", воистину школу для простого народа.

В ряде земель "народная школа" надстраивалась одним или двумя годами дополнительного обучения в "продвинутых (старших) классах" (gehobene Klassen) для одаренных детей из народа. Здесь преподавали иностранный язык и математику в дополнение к обычному учебному плану.

Нововведением было создание специальных классов для "тупых детей" (Fördernklassen – буквально "лечебных классов"), не успевающих усваивать общую учебную программу, и классов для дополнительной работы с отстающими (Nachhilfeunterricht – "репетиторство").

Все эти пристройки к народной школе призваны были полнее приспособить начальное звено народного образования к запросам рынка труда, не допуская при этом детей простого народа в средние учебные заведения. Лечебные классы и классы для повторения повторяли идею "потоков" в английской и американской системах первой половины ХХ в.

В результате так называемого Веймарского компромисса большинство начальных школ вновь стало полуконфессиональными (протестантскими, католическими, смешанного вероисповедания), где преподавались хрестианство той или иной разновидности и другие религии – по выбору родителей. Конституция предусматривала возможность для родителей отказываться от уроков религии для их детей, но на практике этим правом почти никто не пользовался.

Только 13% начальных школ Германии имели по классу на каждый год обучения, одна треть народных школ была однокомплектными. В 1932 г. в Пруссии было 33395 начальных школ, из них только 242 секуляризованных.

Республиканская конституция и законодательные акты отдельных земель заменили обязательное обучение (Unterrichtspflicht) школьной повинностью (Schulpflicht). Это значило, что домашнее образование допускалось только с разрешения медицинских учреждений по случаю тяжелой болезни ребенка. Все остальные дети обязаны были восемь, как минимум, лет посещать школу, а по достижению 14-летнего возраста совмещать возможную работу с продолжением учебы до 18 лет.

Экономическое положение побежденной Германии наложило отпечаток на народную школу. Размеры классов были огромными, декрет от 24 мая 1922 г. устанавливал максимум учащихся, приходящийся на одного учителя, в 80 (восемьдесят) человек, а декрет от 4 октября 1926 г. уменьшал его до 45 человек. Однако на практике этот максимум редко соблюдался (см.: Pottag A. Die Bestimmungen über die Volks – und Mittelschulen und über die Ausbildung und die Prüfungen in Preussen. Berlin, [o. J.]. S. 49 bis 51).

Разительным изменением в определении объема и содержания образования в начальной школе было то, что учебные планы и программы составляли сами школы, а не центральные государственные органы. Непререкаемые директивы министерства заменили рекомендации, руководящие указания, примерные учебные программы (Richtlinien), на базе которых отдельная школа составляла свое расписание.

Таким образом, мы наблюдаем своеобразную "конвергенцию" школьного дела в Европе и США. Тенденции к централизованной системе государственной школы сочетаются с тенденцией к децентрализации контроля над частностями в содержании образования.

Эволюция немецкой начальной школы в Веймарской республике весьма примечательна. Накануне прихода к власти национал-социалистов мы находим в ней значительно меньше, чем прежде, зубрежки и дисциплинирования, существенно больше заботы о развитии способностей детей в ходе игровой и учебной деятельности.

В Grundschule и Volksschule с помощью активных методов тренируют руку и глаз. Родной язык осваивают в ходе рисования, моделирования, выпиливания, с помощью наблюдений. Физическому развитию детей подчинены оживленные игры, экскурсии, походы, гимнастические и спортивные занятия (см.: Scheibner O. Zwanzig Jahre Arbeitsschule in Idee and Gestaltung. Leipzig, 1928).

В основе учебного плана лежало "Родиноведение" (Heimatskunde): изучались родной дом, двор, сад, школа, улица, рынок, фабрика и иные элементы непосредственного окружения. В ходе изучения окружающего школьника мира привлекалась драматизация, элементы краеведения, творческие сочинения, моделирование и другие активные методы.

Этот учебный курс представлял собой вид комплексного учебного предмета (Gesamtunterricht). На втором–четвертом годах обучения из Gesamtunterricht выделились как самостоятельные предметы религия (4 часа в неделю), родной язык (9–11 часов), к религии по бюджету времени приравнивалась арифметика. На все остальные занятия – шитье, рисование, пение, физкультура – уходило от трех до семи часов в неделю.

Последние 4 года "народной школы" для подавляющего большинства подрастающих поколений в Германии были также последними годами систематического формального образования. За стенами школы их ожидала работа или профессиональные курсы. Лишь немногие в 13-летнем возрасте могли поступить в школу-"надстройку" (Überbauscule).

Неудивительно, что именно в последние годы обучения в Volksschule в основу методики ложились самостоятельность, умственная и "ручная" активность. Увеличивается число экскурсий (так называемый пеший туризм – Wandertage), проводившихся не менее одного раза в месяц. Во время экскурсий дети знакомились с промышленным и сельскохозяйственным производством в их местности. Стены классной комнаты раздвигались до масштабов окрестности, в которой находилась школа; знания приобретались не из учебников, а в ходе активного изучения окружающего мира. В этом заключается разительное отличие немецкой школы Веймарской республики от школы кайзеровской Германии.

Сильный акцент делался на практической подготовке обучающихся. Объективная необходимость расширения общеобразовательной базы диктовалась структурой усложняющегося труда. Более широкая и разнообразная подготовка к трудовой деятельности потребовалась даже для тех, кто не имел возможности продолжить учебу.

Учебный план Volksschule предусматривал выбор между курсами религии и светской этики. Остальные предметы изучения включали в себя родной язык, историю, граждановедение, географию, естествознание, арифметику, геометрию, рисование, музыку, физкультуру, ручной труд (Richtlienen zur Aufstellung von Lehrplänen für die oberen Jahrgänge der Volksschule. Berlin, 1932).

Содержание исторических курсов было полностью пересмотрено. Вместо истории дома Гогенцоллернов давалась весьма националистическая интерпретация истории германского народа и германского государства, показанных через политическую, социальную, экономическую и культурную эволюцию.

Всё это было новым для немецкой школы, приближавшейся вместе со всей страной к национальной катастрофе – победе национал-социалисти­чес­кого режима.

Те же объективные процессы вызывали к жизни заметный рост промежуточных школ, платных, доступных нижнему среднему классу. Продолжали совершенствоваться уже известные нам Mittelschulen, Rektorat – und Lateinschulen – неполные средние школы, взимавшие умеренно высокую плату за обучение.

С 1 июня 1925 г. все типы промежуточных школ были объединены в систему "промежуточного образования" (Mittelschulwesen). Этой системой предусматривалось и общее и предпрофессиональное образование для готовящихся к работе в области торговли, сельского хозяйства, лесничества и т.п.

Эти школы были лучше оборудованы, чем начальные, размер классов был меньше. Срок обучения – 6 лет после окончания основной четырехлетней школы. Учительский корпус обладал лучшей квалификацией. Вступительные экзамены призваны были оградить эти учебные заведения от "случайных вкраплений".

Детей учили современным европейским языкам, родному языку, математике, естествознанию, рисованию и специальным предметам, на которые делался особый акцент, – бухгалтерии, стенографии и машинописи и т.п.

Основы наук были освобождены от излишней теоретичности, основное внимание уделялось прикладным аспектам знания. По декрету от 22 марта 1927 г. выпускники получали удостоверение об окончании промежуточной школы (Zeugnis der mittleren Reife), открывавшее для них ворота биржи труда.

В 1932 г. в Пруссии имелось 1143 промежуточных школы, в них обучалось 175783 человека.

Итак, преобразование немецкой школы 1918–1932 гг. охватило все типы начального образования. Оно коснулось и структуры школ, и содержания и методов обучения в них. Оно позволило Германии быстро наращивать промышленно-военный потенциал, а также способствовало усилению национализма (Bildung zum Deutschtum).

3183494354286944.html
3183570139921247.html
3183760967559593.html
3183911526315126.html
3184056761824440.html